ГлавнаяСтатьиОтчеты о рыбалкеГОРНЫМИ ТРОПАМИ ЧЕРЕЗ ТИГЕР- ТЫШ

ГОРНЫМИ ТРОПАМИ ЧЕРЕЗ ТИГЕР- ТЫШ

24 февраля 2018 - Палыч
Рейтинг: +9 Голосов: 9 1479 просмотров


( Посвящается Николаю Жукову и другим )

 





ПОДГОТОВКА К ПЕРВОМУ ПОХОДУ
29 мая 1970 года. В этот день прозвенел последний звонок в нашей школе. Позади экзамены и вручение аттестатов об окончании 8-ми летнего образования. Третья часть нашего класса собирается в техникумы и училища, а мы вернемся 1 сентября в 9 класс. В фойе на доске висит объявление: «Желающие принять участие в двухнедельном туристическом походе на Поднебесные зубья, который состоится в июне, записаться у преподавателя физкультуры Ананьина И.П.». Я уже записался. А почему бы и нет? Первую туристическую подготовку я проходил в одном специальном лагере возле Подъяково, недалеко от Кемерово. Назывался лагерь «Солнечный Туристан». Первый раз попал туда после 6-го класса со своим другом Сашей Шепелевым, вместо обычной летней ссылки в пионерские лагеря. В отличие от пионерских, здесь не было забора вокруг лагеря, за который запрещалось переходить, многочисленных построений и линеек с проверкой сбежавших пионеров, а вместо зарядки - полоса препятствий. Все по взрослому. Жили в больших шатровых палатках. Первая неделя — занятия до обеда под руководством опытных инструкторов: ориентирование на местности и по карте, преодоление водных преград, выживание в тайге, снаряжение туриста, укладка рюкзака, установка палатки, оказание медицинской помощи и многое другое. После обеда мы разбредались по тайге, лазили на кедры за шишками, ловили пескарей в ручье, купались в глубоком холодном омуте, загорали. И никто нас не искал, полная свобода. Вторая неделя — 100 километровый маршрут. Третья неделя — экзамены и разные соревнования. По результатам экзаменов предоставляли звание инструктора детского туризма и значок «Турист СССР». Народ собирался со всей области. Мне понравилось и я побывал там еще раз после 7-го класса. Осталось сходить в горы, а тут такая возможность. 

Всего нас 19 человек. Целая команда. Экспедицию возглавили наши учителя: физрук Иван Павлович и историк Федор Аверьянович. Оба опытные таежники, побывавшие в тех местах. Самый молодой, 14 лет — Олег Ананьин по прозвищу Банан, сын Ивана Палыча. Нам по 15 лет. С нашего класса, кроме меня: Надя Синченко - наша спортивная звезда; Игорь Воробьев, увлеченный моделист-конструктор; Сергей Сметанин — покоритель женских сердец (Леди Смит), гитарист Коля Жуков (Маэстро), простой парень Коля Репин. С другого класса: Сергей Проскоков, балагур по прозвищу Прасковья; Вова Лисицин или просто Лис. Остальные после 9-го класса, 16-летние: наши школьные красавицы Оля Бреева, Таня Соловьева и Валя Кукушкина; друганы Саша Образцов и Вова Карташов; Борис Ковалев, похожий на Шурика из операции «Ы»; веселый парень Борис Тимошенко по прозвищу Боб и очень скромный Костя Рыбачук, радиолюбитель-хулиган на средних волнах.




ПУТИНА
В середине июня 1970 года мы высадились из общего вагона Абаканского поезда на станции Лужба. Первое, что поразило — запах нагретых за день цветущих растений тайги, непривычный после Новокузнецкого смога. По темноте прошли до метеостанции и заночевали у горно-спасателей. Утром небольшой завтрак всухомятку пирожками, яйцами и колбасой. Затем прошли вдоль Томи до устья на противоположном берегу речки Амзас. Томь поразила узкой шириной и чистой водой. Вдали над долиной Амзаса выступала огромная гора с белой вершиной — пик Дураков, начало хребта Тигер-Тыш. Из поселка Амзас к лодкам, привязанным на берегу спешил невысокий мужичок - шорец, которого местные называли Ваня Хитрый. Переплыв Томь на узкой длинной лодке, он причалил к нашему берегу. Водка, вино есть? - спросил у подошедшего к нему Палыча. Они тихо пошушукались и после непродолжительного торга ударили по рукам. За три рейса Иван перевез нас через Томь. При переправе мы помогали отталкиваться шестами. Несколько человек сходили в Амзас, где была своя пекарня и затарились свежим, очень вкусным хлебом. Наконец тронулись по дороге вдоль Амзаса. Идти было трудно из-за тяжелых рюкзаков, пот лил градом. Первый привал сделали через 4 километра, после второго моста перед правым крутым поворотом дороги в гору. Отдыхали целый час, пили холодную Амзасскую воду. С непривычки ноги сводило судорогой. После совещания сделали переукладку рюкзаков, некоторым облегчили, другим добавили груз. А дальше все время в гору мы не шли, мы плелись. Мама дорогая, сколько же тащили груза? Несколько ящиков тушонки, сгущонки и борща в банках, которой снабдили наши заботливые родители. Несколько ведер картошки, крупа, лапша, мука, сахар, хлеб, сухари и даже 3 кг сливочного масла в бидоне. Четыре брезентовых палатки — памирки и одна продуктовая, два топора, одеяла, спальники, одежда. Федор Аверьянович нес теодолит с треногой, Маэстро — кучу альпинистского снаряжения и свою неразлучную гитару, Банан — радиоприемник. Я, Костя Рыбачук, Игорь Воробьев и Вова Карташов - фотоаппараты. Все это для нашего возраста было большим перегрузом. На коротких привалах любовались пейзажами. С левой стороны на горе причудливые скалы, зимой - лавиноопасный участок. Здесь позднее один раз под лавину попал Коля Жуков, отделался поломкой лыж и легким испугом. С правой стороны ручей Алгуй. Не доходя 1,5 км до талькового рудника Алгуй попалась хорошая поляна, на которой решили сделать ночевку. Оборудовали стан. Под палатки настелили пихтовый лапник. После ужина долго, долго отдыхали, у костра пели песни под гитару.

На другой день после сборов двинулись в путь. Крутой подъем закончился, идти стало легче. Первый привал сделали возле конторы рудника, где Борис Ковалев окатил себя ведром холодной воды, а я успел сделать историческое фото. Дальше двигались по тропе. Перейдя по камням несколько ручьев тропа привела нас к болотистой местности на перевале. Идти приходилось осторожно, чтобы не провалиться между кочками. Через несколько сот метров вышли к курумнику, нагромождению огромных валунов. Слева и очень близко возвышалась уже трехглавая вершина пика Дураков, местами покрытая снегом. Тропа повернула вниз вдоль ручья Куприянова. Второй привал сделали возле небольшого водопада. Остался последний марш бросок. Тропа проходила по ущелью Куприяновского ручья, местами по косогорам и через кустарник, петляя за поворотами ручья, огибая некоторые валуны и через пару километров вывела нас на большую поляну возле горной реки Малый Казыр. Приближение реки мы услышали по шуму. Куприяновская поляна была девствено чистой, заросшая сочной колбой. Здесь мы решили установить базовый лагерь.



ПЕРВАЯ СТОЯНКА НА МАЛОМ КАЗЫРЕ
Ополоснулись в Казыре. Вода в реке была очень холодной, родниковой с привкусом талого снега. После небольшого отдыха стали оборудовать стан. Палатки устанавливали прямо на колбу, чехлы от палаток набивали колбой вместо подушек. Притащили несколько сухих пихтовых лесин для костра, рубили дрова и занялись обедом. Под руководством Палыча изготовили спортивный снаряд — бревно. Из колбы сделали салаты на подсолнечном масле, поели гречневую кашу с тушонкой. После такой путины у всех проснулся зверский аппетит. Вечером нас ждало развлечение. Устроили спортивное состязание: забирались парами на бревно и старались сбить друг-друга свернутыми спальниками. Побеждали не только сильные, но и верткие. Чемпиона - победителя мы не выявили, помахав спальниками на бревне, они падали от смеха... Потом долго сидели у костра под музыку Маэстро. Следующий день посвятили отдыху, осматривали окрестности. Спустились по Казыру. С правой стороны салатная гора непривычного цвета, на которой темно-зеленными пятнами выделяются пихты и кедры. Ниже Куприяновского ручья и небольшого острова на нашем и противоположном берегу увидели нерастаеный снег. Как-то непривычно: лето, жара и снег. Вспомнили детство, покидали друг-друга снежками. Дошли до слияния Большого и Малого Казыра. На месте слияния огромный скальный валун. Иван Палыч похвалился здесь поимкой пару лет назад тайменя, весом 8 кг на пучок крупных дождевых червей. Ниже начинались шумные пороги. Днем с верховьев Малого Казыра спустились два рыбака с длинными удочками. Ловили хариуса. Перекусили у нас и пошли дальше вниз по Казыру. Палыч настроил спиннинг с балдой и верховыми мушками и тоже попытался, но ничего не поймал. После обеда устроили купание в Казыре, которое больше напоминало Крещение. С криками заскакивали в речку, быстро окунались и пулей вылетали на берег. Постирали пропахшую потом и солью одежду, которая быстро высохла на солнце. Завтра идем в горы двумя группами. Первая во главе с Федором Аверьяновичем: Борис Тимошенко, Борис Ковалев, Сергей Сметанин и Николай Жуков идут траверсом через 8 вершин от Дураков до Большого Зуба. Снаряжение: веревки, крючья, карабины, одна палатка, топор, спальники, одежда, теодолит и паек на два дня. Вес рюкзаков не более 10 кг. Задача вернуться до обеда третьего дня. Вторая группа - все остальные во главе с Вовой Карташовым налегке на один день подняться до пика Дураков и вернуться обратно. В лагере остаются Иван Палыч и Саша Образцов, который натер ноги. Это мы так решили и когда объявили, в ответ услышали возмущенный голос Палыча: Какие горы? Пока не проведу обряд «Посвящения в туристы», никаких гор. 



ПОСВЯЩЕНИЕ В ТУРИСТЫ
Что Палыч еще выдумал? Какое посвящение? Когда я заикнулся о двух значках «Турист СССР», полученных когда-то, услышал: А тебя в туристы посвящали? Нет? Тогда становись в очередь! Оказывается есть такой ритуал. Я бы назвал его «темный ритуал». Почему темный, да потому что будущий турист ничего не видит. Ему завязывают глаза, или накрывают голову одеялом, или одевают на голову рюкзак. А дальше... Вы не представляете какие пакости можно делать с человеком, который ничего не видит. Внешне это звучит вполне пристойно, но выглядит совсем по другому и очень, очень смешно. Вызывает гомерический смех для всех, кроме будущего туриста. Я не буду выдавать всех секретов, скажу только, как это «безобразие» озвучивал Палыч. 

Двум первым Лису и Банану по очереди он предложил встать с завязанными глазами на пару толстых палок, чуть поднятыми над землей. Потом двое крепких парней Маэстро и Вова Карташов поднимут палки с двух сторон не больше, чем на полметра над землей. Чтобы Лис не упал, он будет держаться за их плечи. А потом нужно просто спрыгнуть. Олега поместили в палатку, что-бы не подглядывал. Ха, ха, ха, как это было прикольно, когда они прыгали. 
Второй паре Леди Смит и нашей спортсменке Надежде Палыч предложил выбрать обувь. Надя выбрала кеды, а Сергей ботинок. Потом обоим завязали глаза. Сметанина положили на бревно, а Синченко отвели на 4м и три раза вокруг себя покрутили. Потом они по очереди друг-друга «лупили». Надежде по заднице досталось кедом, а Леди Смит ботинком. Ха, ха, ха, как они вопили.
Третьей паре Прасковье и Карташову Палыч предложил на выбор две ложки. Сергей выбрал алюминиевую, а Володя деревянную. Карташова отправили в палатку, а Проскокова посадили на бревно. Сверху на него накинули одеяло. Напротив встали Сметанин и Надежда. Прасковья должен был угадать от кого он получит по лбу ложкой. А дальше последовала разводка. Первый не выдержал Палыч: Да он подглядывает! И быстро залез к нему под одеяло. Ну все парень, ты попался. Прасковья только ойкал. Он по очереди показывал то на Надю, то на Леди, они отрицательно качали головой, а мы ржали, как кони. У Прасковьи на голове уже образовалась шишка, хорошо хоть догадался подставить руку. Для него все закончилось, когда он поймал чью-то руку...
Вова Карташов оказался посообразительней и после третьего удара по лбу деревянной ложкой, обо всем догадался.

Остальных парней разбили на 4 пары по собственному желанию. Нас ожидали бои без правил. Я выбрал Маэстро, надеясь что Коля не будет избивать своего друга. Жили мы в соседних домах и я частенько пропадал у него. Одно из его хобби — музыка. Вместе с друзьями Сергеем Сметаниным, Мишей Козловым и Юрой Макаровым, они организовали музыкальный школьный ансамбль. Электрогитары — самодельные, а я собирал им электро-схемы гитар на транзисторах. Палыч объявляет условия поединков, вешает очередную лапшу. На голову нам оденут рюкзаки, в руки дадут свернутые спальники и мы ими будем наносить друг-другу удары. Нужно продержаться три раунда по три минуты. Что-бы мы случайно не попали в воду Казыра, нас привяжут на коротких поводках. Веревками будут держать каждого из нас и будут подсказывать, где находится противник. Нас шестерых отвели в палатку и закрыли, а первая пара Борис Ковалев и Коля Репин ушли на поляну. Сам поединок мы не видели, но судя по гомерическому хохоту там происходило, что-то невообразимое. Наконец все затихло и нашу пару позвали на поляну. Колино лицо напоминало картину Репина Приплыли, Борис был мокрый от пота и они оба дышали, как загнанные лошади. Палыч стоял в сторонке с секундомером и ехидно улыбался. 
Мы с Маэстро встали в трех метрах напротив друг-друга. Нам одели на головы рюкзаки, вручили в руки спальники и захомутали веревками. Потом услышали команду Палыча: Начали. Не успел сделать шаг, как получил первую плюху. Я начал беспомощно махать спальником воздух, получая удары один за другим, иногда слыша подсказки Леди — вправо или влево. Ну Коля, ну погоди! Избиение продолжалось, смех зрителей не умолкал. Во втором раунде Сметанин дал мне совет пригнуться, так-как Жуков ниже ростом. Когда я послушался, тут же получил удар по горбушке, который сбил меня с ног. Пока я валялся, услышал, как Колю «мочат». Теперь все стало ясно. Нас развели по поляне и устроили темную. Когда поединок закончился, первые слова Маэстро были: Ну у тебя и удары Серега! Что ты говоришь? Я тебя ни разу не задел. Хорошо хоть раз, Коля удачно зацепил Палыча. В избиении других пар я не принимал участия, просто смеялся со всеми. 
Наши красавицы Оля, Валя, Таня от посвящения воздержались. Как бы не так, у вас девочки все впереди. Неужели они думали, что вернутся с похода не «посвященными». Палыч уже готовит им свою подлянку, а мы в предвкушении скалим зубы. Посвящение закончилось. Ура, завтра наконец идем в горы!


ПЕРВОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ
Проснулись рано в 6-00 утра и мы все на ногах. Плотный завтрак, небольшие сборы и пока не жарко, двинулись в путь. Двигаемся по тропе вдоль Куприяновского ручья, с которого спустились два дня назад. Как приятно идти налегке. Быстро поднимаемся и доходим до курумника. Здесь уже ход замедлился. Приходится залезать на валуны и прыгать по ним как горным козлам. Девчонки не отстают и прыгают, как козы. Становится жарко. Поднимаемся уже несколько часов, закончились последние деревья и мы двигаемся только по курумнику. Иногда слышится свист и под валуны прячутся похожие на хомяков лемминги. На коротких привалах оглядываемся назад. Напротив показались высокие горы Казырского хребта. Внизу хвойные деревья, а в верху голые вершины, покрытые россыпью курумника, местами снег. Горы везде, даже со стороны Горной Шории. Наконец дошли до снега. Хочется пить, мы сосем леденцы вместе с комочками снега. Нам нужно попасть на правую самую высокую вершину Дураков, а трехглавая вершина слилась в одну общую. Наконец дошли... Как бы не так. Какой-то оптический обман. Ну почему мужиков все время тянет налево, Дураки не зря получили свое название. Двигаемся дальше по хребту, вторая вершина и наконец третья. Отсюда открывается бесподобный вид поднебесных зубьев. В живую красивей, чем на на картинке. Горы очень близко. Видна снежная вершина Большого Зуба, куда траверсом отправится пятерка наших ребят. Читаем записки побывавших туристов с разных городов. Ходят в основном студенты и молодые парни после армии. Здесь мы расстались. Федор Аверьянович увел свою группу по хребту, а Карташов делает прощальное фото нашей группы. Спускаться намного легче и быстрей. Мы почти бежим прыгая по куруму. Возле Куприяновского ручья делаем небольшой привал, утоляем жажду. На стане нас ждал горячий обед или уже ужин. Наша палатка опустела, мы с Лисом остались вдвоем. Ночью стучим зубами, два раза выходили и грелись у костра.

На другой день Палыч предложил, пока ребята ходят траверсом по горам, пополнить запасы хлеба и забросить основную часть продуктов к Высокогорному ручью. Двое - Володя Карташов с Игорем Воробьевым налегке отправились в Амзас за хлебом. Все остальные, кроме Палыча с девчонками, затарились продуктами и двинулись по мало-заметной тропе вверх вдоль Малого Казыра. В те времена Поднебесные Зубья не были местом паломничества туристов, как сейчас. Местами тропа терялась и нам приходилось расходится, чтобы найти нужный путь. Через 8 км появилось первое препятствие глубокое ущелье с Крутым ручьем. Через овраг было переброшено огромное бревно — ствол старого кедра, по которому мы перешли овраг. Дальше пришлось осторожно лезть по крутому косогору и спуститься. Через 3 часа мы подошли к Высокогорному ручью. Отсюда открывался очень красивый вид долины со снежной вершиной Большого Зуба. Сверху спустились два туриста: спортсмены — горнолыжники. Непривычно было увидеть летом людей с горными лыжами. Для нас это был шок. Спрятав продукты рядом с тропой мы двинулись назад. Обратно дошли за два часа. Игорь, Володя вернулись с хлебом после нас через пару часов.

На третий день в обед вернулась наша группа с траверса. Сколько было рассказов о леднике на Варесе, первой ночевке между пиками Вареса и Запсиба, об озере Выпускников, о сложном переходе с ХВИ до Большого Зуба и спуске по снегу, водопаде на Высокогорном ручье. Федор Аверьянович проводил геодезическую съемку высоты вершин Кузнецкого Алатау и наносил отметки на карте. Вечером на стане устроили праздник. Пекли хлебные лепешки. В траверсе Сергей Сметанин написал песню «Долина мечтаний», которую они спели под гитару с Колей Жуковым:

Долина мечтаний — долина любви,
Идут альпинисты с зари до зари.
Горы вверху и внизу облака,
А к горному солнцу вьется тропа.

Однажды в горах случился обвал,
Камень большой на палатку упал. 
Двое осталось все лишь в живых, 
А двигаться мог, один лишь из них.

Мальчишка девчонку на руки взял,
Тихо слова ей такие сказал:
Мы будем идти с зари до зари,
Пока не дойдем до долины любви.

И вот с перевала долина видна,
Мечтою о счастье была лишь она.
Горы вверху и внизу облака,
А между скал вьется тропа.


ВТОРАЯ СТОЯНКА НА МАЛОМ КАЗЫРЕ
Закончилась первая неделя. Погода пока нам благоприятствовала, все загорели на солнце, а некоторые даже облезли. Разобрав стан и прибрав после себя стоянку мы двинулись по Малому Казыру. Предстояло пройти 18 км до ручья Рамазин. Рюкзаки значительно облегчились и за три часа мы подошли к Высокогорному ручью, где остановились на обед. Здесь пришлось догрузить рюкзаки, спрятанными продуктами. Пока готовили обед, Палыч подобрал место перехода через бурный поток Высокогорного ручья. Сергей Сметанин с шестом перешел поток и наладил переправу, натянув веревку с обеих берегов ручья. После обеда тронулись в путь вдоль Казыра. На переправе потеряли 2 часа, пришлось сушить одежду и обувь. Дальше передвижение замедлилось, тропа постоянно терялась, местами шедшие впереди пробивали новую в высокой траве. С левой стороны продолжались вершины Тигер-Тыша, а с правой стороны горы Казырского хребта. Через 4 км подошли к Двойному ручью, не такому бурному, как Высокогорный. Два раза пришлось замочить ноги. Два километра топали в мокрой обуви до Рамазина, кроме Палыча, который шел в болотных сапогах. С левой стороны открылся красивый вид на Пилы Тайжесу. Перейдя Рамазин, через пол-километра нашли хорошую поляну для стоянки. В сумерках разбили стан и приготовили ужин. Ужинали в темноте и долго сушили обувь и одежду у костра. На другой день занялись переоборудованием стана. Под палатки настелили пихтовый лапник, заготовили дрова, подсушили одежду и обувь. Осмотрели окрестности. В лесу попадались кустарники черники, черной смородины, но ягоды еще зеленые. Встречались Иван-чай, зверобой, дикий лук, черемша, левзея сафроловидная (Маралий корень). На тропинках выбегали любопытные бурундуки. 

После обеда Палыч уговорил наших красавиц «посвятится в туристы», ведь предстояло второе восхождение. Никакого темного ритуала, все по честному. Девчонкам по очереди нужно пробежать 100 м по тропе и быстренько перекусить. На все для каждой отводится 1 минута. Палыч помахал секундомером. Девочки клюнули. На финише их будем «кормить» мы. Палыч нас уже проинструктировал и мы приготовили кружки и ложки. Я развел в кружке с водой соль, Костя Рыбачук пойло с мукой, Просковья замешал в воде сгущенку. В засаде за кустами спрятались Сметанин и Тимошенко. Правда на старте не видно места финиша, но это не беда, Палыч с платком встал по середке тропы, чтобы видеть всех. Все закончилось через 10 минут. Мы все терпели, чтобы не засмеяться и не спугнуть наших красавиц раньше времени. Ржали потом в конце, а девчонкам было не до смеха. Правда, когда успокоились, тоже смеялись со всеми.



ВТОРОЕ ВОСХОЖДЕНИЕ
На второе восхождение идем двумя группами: Федор Аверьянович во главе своей пятерки траверсом на Верхний Зуб, через гору Юбилейную и пик Поллитехников, а все остальные во главе с Палычем на Пилы Тайжесу. Поднимаемся по долине в верх по Двойному ручью. Трава не высокая с кустарниками черники, больше напоминает тундру. Погода хмурится, появились облака и дождевые тучи. Горы рядом, доходим до снега и разделяемся: мы налево, а пятерка направо. Они должны вернуться вечером на другой день. Проходим снег и упираемся в причудливое нагромождение валунов. Лезем на валуны, местами протискиваемся между ними. Через пару часов достигаем вершины, представляющей высокие чередующиеся скальные жандармы. На них мы конечно не лезем, находим проходы между ними и змейкой двигаемся вдоль скал. На другой стороне пропасть за которой возвышается гора Малый Зуб. Проклятое место, как сказал Иван Палыч. Спускаемся по гребню в сторону Малого Казыра и выходим к Двойному ручью. По дороге нас догнала тучка и пошел дождь. Успели дойти до деревьев и спрятаться по пихтами. Дождь перешел в моросящий и мы двинулись к лагерю. Приготовили ужин, поели и разбрелись по палаткам. Ночью спалось хорошо, не так холодно, как в ясную погоду. Всю ночь и следующий день моросил дождь. Днем из палаток почти не вылазили. К вечеру приготовили ведро горячего борща и до темноты ждали группу. В назначенное время группа не вернулась. Ночью долго не могли уснуть, сидели у костра и переживали. Ребята ушли с минимальным запасом теплой одежды и продуктов. Следующий день провели в ожидании. На костре поддерживали огонь и горячую пищу. 

Наконец вечером услышали их голоса. Как мы обрадовались. Они вернулись по тропе сверху Малого Казыра, мокрые, обмотанные поверх одежды спальниками. Дождь, вернее мокрый снег захватил их на пике Поллитехников. Потом видимость ухудшилась. С трудом дошли до Верхнего Зуба и встали на ночевку. Пищу приготовить трудно, дрова из мелкого кустарника карликовых деревьев сырые. Ели тушонку с хлебом. Вместо воды растапливали снег. На другой день спускаться не решились. Куда идти, если видимости почти никакой и остались еще на одну ночевку. На третий день маленько прояснилось. Спасибо Федору Аверьяновичу, правильно сориентировался и вывел группу к Караташскому перевалу. Правда его знаменитую зеленую фетровую шляпу, унесло порывом ветра в Золотую долину, а так все нормально. Переодели их в сухую теплую одежду, накормили горячим ужином. Пока ребята отдыхали, поставили палатку, у костра высушили мокрую одежду и спальники.

ДЕНЬ АНГЕЛА
На следующий день погода начала проясняться. Одиннадцатый день нашего похода и Иван Палыч предложил совместить приятное с полезным: отметить день рождения всех, кто родился в июне. Таких набралось четверо. А какой подарок? Конечно же торт по таежному. Вначале отварили сгущонку. Запечатанные банки - 6 штук кипятили в воде 4-5 часов, потом охладили в Казыре. Кострище с угольками разровняли, по краям положили два бревна, а сверху поперек настелили в один ряд обрезки толстых сухих жердей. Из муки сделали тесто и раскатали в лепешки на плоских чистых камнях с помощью самодельных скалок из толстой таллины, предварительно ободрав с них кору. На обмазанную маслом сковородку положили первую лепешку. Как только жерди загорелись, просунули под них сковородку на золу и следили. Горячие тонкие хлебные лепешки убрали в прохладное место. После остывания обмазали слоем сваренного сгущоного молока, затем уложили в виде слоенного наполеона и дали пару часов пропитаться. На всю нашу компанию приготовили 4 торта по числу именинников. На приготовление ушел почти день. Пока готовили, все изошли на слюну. Праздник получился супер: поздравляли с днем рождения, пили чай с тортом, долго сидели у костра, пели под гитару песни Высоцкого про горы, «Чайку», «Алешкину любовь», «Тебе я знаю все равно» и другие.

ВОЗВРАЩЕНИЕ
Утром после завтрака, разобрали лагерь, навели порядок на стоянке и двинулись в обратный путь. Двигаться было намного легче, рюкзаки уже не давили плечи и погода наладилась. Тропа уже пробита. Через пару часов подошли к Высокогорному ручью. Переправу форсировали с ходу, когда поднимались веревку не сняли, оставили для обратного пути. Теперь замыкающий Федор Аверьянович отвязал и перешел ручей упираясь своей собранной треногой. В долине Большого Зуба мы задержались на пару часов. На солнце подсушили обувь и штаны, затем продолжили путь. В 17 часов подошли к месту первой стоянки и разбили лагерь. На ужин отварили остатки гречневой каши с тушонкой, рацион на два раза, половину оставили на завтрак. На следующий день двинулись в Лужбу. Обратная дорога пролетела незаметно, но как мы не торопились на электричку Бискамжа — Междуреченск, все равно опоздали. Пока нашли лодочника в Амзасе, в магазине затарились хлебом с консервами на дорогу и переплыли Томь, потеряли время. Пришлось ехать на Абаканском поезде ночью под утро. Выспались в вагоне. Так закончилось наше первое путешествие на Поднебесные Зубья. Дома долго печатали фотографии и раздавали всем участникам похода. А сколько было рассказов.

 

И СНОВА В ГОРЫ 
1971 год. Прошедший учебный год был насыщенным и пролетел быстро. С запада долетела волна поп-музыки и молодежь подцепила болезнь битломаннии. На свои магнитофоны мы переписывали концерты Beatles, Rolling Stones, Creedes Cleawater Revival, Christie. Большой популярностью в Советском Союзе пользовались наши ВИА Веселые Ребята, Голубые Гитары, Поющие Гитары, Добрые Молодцы. Появились первые виниловые пластинки Песняров. На танцевальных площадках в Новокузнецке появились свои бит-группы: в парке Центрального района - Кузнецкие ребята, в парке Заводского района - Орион, а на пятачке за Березкой - Эльфы. Танцевальные вечера в нашей школе № 102 проходили под живую музыку, приходили даже ребята из соседних школ 22, 93. 

Наш ансамбль тоже играл вполне профессионально: соло-гитара Николай Жуков (Маэстро), бас-гитара Сергей Сметанин (Леди Смит), ритм гитара Миша Козлов, ударник Юра Макаров. В школе мне доверили фото-лабораторию. Приходилось делать пересъемку учебных материалов с помощью фото-увеличителя на позитивную пленку МЗ-3Л, потом печатать фотографии, которые учителя демонстрировали на уроках с помощью проектора. В этот же период увлекся проявлением цветных диапозитивных пленок ЦО-22, ЦО-32 для слайдов, которые в фотоателье не проявляли. Химические реактивы в наборах для негативных пленок приобретал в Олимпии, а затем компоненты по рецепту перевешивал на миллиграмных весах. Амидоловый проявитель покупал отдельно. Очень сложный процесс с двумя проявлениями и засветкой. 
Еще запомнился первый урок физкультуры. После просмотра известного мультипликационного фильма «Ну Погоди!», мы втайне от всех летом сшили в ателье спортивные желтые трусы с цветочками и когда все мальчики вышли в новой форме на урок, Иван Палыч и наши девочки были в шоке. Полюбоваться на наши уроки физкультуры приходили ребята со всей школы.

В июне 1971 года Иван Павлович увел очередную «банду туристов» на сплав с помощью плотов по Мрассу, от Кабырзы до Мысков, а мы решили снова сходить на Поднебесные Зубья. Дорогу мы теперь знали. Нас четверо: капитан Коля Жуков, Сергей Житников это я, выпускники Вова Карташов и Костя Рыбачук. Маэстро, как всегда тащил в своем рюкзаке кучу альпинистского снаряжения и неразлучную гитару. Я зарядил свой старенький ФЭД цветной пленкой, а в кармашке рюкзака лежала запасная кассета, тоже с с цветной фотопленкой. Мы собрались на неделю, так что не сильно нагружены: продукты, одежда, котелки, одна палатка и топор. Костя захватил 16-ти кратный бинокль, Вова - небольшой транзисторный приемник. Через Томь переплавил Ваня Хитрый. До Куприяновской поляны добрались за день. За год поляна изменилась, уже нет сплошного ковра из колбы. Разбили стан. Коля один притащил на плече огромное бревно, с которого мы в прошлом году сталкивали друг-друга спальниками и положил возле костра. На нем мы будем сидеть. Я запечатлил этот подвиг на пленку. Внизу весь снег растаял. Вечером после ужина Маэстро исполнил на гитаре Полонез Огинского. В палатке по приемнику слушали музыку. На другой день запланировали траверс через 8 вершин Тигер-Тыша от Дураков до Большого Зуба.

Утром после завтрака собрали рюкзаки, часть продуктов и гитару спрятали в тайге. Идем почти налегке, в рюкзаках не более 10 кг груза. Первый привал сделали на водопаде Куприяновского ручья, утолили жажду и наполнили две фляжки воды в дорогу. Какое-то время двигались вдоль леса, в конце которого вырубили два кола под палатки, дальше перешли на курумник. Фотографировались на коротких привалах. В бинокль увидели медведя, вдали у края леса, где мы прошли. Подъем занял около 5 часов. На вершине местами оставался снег. Как мы не забирались вправо, все равно попали в седловину между второй и третьей вершиной Дураков, пришлось подниматься на последнюю горку. Сделал несколько снимков хребта и ребят на фоне гор, не забыл про себя. Прочитали прошлогодние записки, после нас побывала только одна группа, оставили новую записку. Вершины хребта все рядом. Следующий - безымянный пик, позднее названный пиком Строителей высотой 1682м, до которого мы добрались меньше чем за час. После небольшой фото-сессии двинулись дальше. На пике Вареса не останавливались, затормозились на леднике западного склона, где с южной стороны снег толщиной 6-7 метров, круто обрывался. Ребята подошли почти к краю обрыва, а я спустился ниже по склону и сфотографировал. Чистый снег на фоне заходящего за горы солнца, был с розовым оттенком. К месту прошлогодней стоянки между вершинами Вареса и Запсиба мы подошли, когда солнце спряталось за горы, но было еще светло. Для палатки использовали одну палку и каменный тур, сделанный в прошлом году. Веревки закрепили к крупным камням и отодвинули от палатки. Вторую палку использовали для котелка. Долго собирали хворост из карликовых кустарников. В 6-ти литровый котелок набрали чистый снег из ямки, выкопанной в леднике. Вода закипела быстро и была слегка мутной. Гречневая каша с тушенкой варилась долго из-за низкой температуры кипения на высоте. Под чай у нас был приготовлен 2-х литровый самодельный котелок. Южная сторона нашей поляны круто обрывалась со стороны Казыра. Маэстро показал прикол, когда сбросил несколько камней в пропасть, они летели несколько секунд, а потом вызывали небольшой камнепад. Смотреть было интересно. На пленке оставалось мало кадров и я доснял нашу стоянку с ребятами на фоне окружающих гор. Ночью в палатке перемотал пленку и заменил кассету.

На другой день после завтрака продолжили путь. Прошли три вершины: пик Запсиба, ТГУ, ХВИ. Хребет на этом участке делал поворот и прохождение этого участка не представляло сложности, местами по травянистой земле, заросшей горной тундрой, местами по плотному снегу и курумнику. С вершины открывался изумительный вид на долину горной реки Бельсу, внизу очень близко - озеро Выпускников. Дальше были видны горы Кузнецкого Алатау, среди которых Большой Каным. Новокузнецкий район выделялся пятном серого смога над ним. Склон пика ХВИ со стороны долины Бельсу был довольно крутым, мы сбросили несколько крупных камней, они покатились вызывая камнепад. Сделал несколько снимков природы и ребят. Николай прицепил к костылю, забитому в трещину в прошлом году карабин с веревкой и спустился по скале к подножию высокого жандарма, находящегося со стороны Большого Зуба. Спуститься до самого низа не хватило длины веревки и Маэстро поднялся назад. После короткого совещания решили спускаться по крутой скале с многочисленными трещинами со стороны Бельсу на площадку, находящуюся внизу. Первый по скале вниз налегке полез Вова Карташов. Рюкзаки на площадку спустили с помощью страховочной веревки. Затем спустились мы с Костей, последним Николай Жуков. Дальше спускались по более пологому склону с рюкзаками на следующую площадку. Обошли скалу пика Хви и поднялись к подножию жандарма. Потратили час и получили очень много адреналина. После небольшого привала обошли жандарм и стали забираться по самому гребню Поднебесного зуба. Первым шел Карташов, за ним Рыбачук, следом я и замыкающий Жуков. На некоторых участках пришлось идти полусогнутыми, держась руками за валуны, некоторые из которых качались. Внезапно сзади услышал грохот камнепада. Коля, Коля — заорали, перепуганные мы с Костей. Наконец из-за валуна показалась голова Маэстро. Оказалось, что он специально столкнул качающийся огромный камень, чтобы не мешался на тропе для других туристов. 

Пройдя пик Высокогорный, мы наконец поднялись к исходной точке траверса - вершине Большого Зуба. Рядом с вышкой триангуляции, на валуне с помощью цементного раствора были закреплены бюсты Владимира Ильича Ленина и Феликса Эдмундовича Дзержинского. А ведь кто-то затащил их сюда. Мне тогда почему-то вспомнился один забавный случай из детства. Когда нам было по 14 лет, Коля Жуков затащил на крышу строящегося здания института ВУХИН и ВОСТНИГРИ полутора-пудовую гирю. Он с ней корячился, как Шура Балаганов в «Золотом Теленке». На крыше раскачал ее и сбросил вниз на землю. Потом мы спустились посмотреть. Из земли торчала только рукоятка гири. 
С вершины Большого Зуба вниз круто уходил снежник в долину Высокогорного ручья, а со стороны Бельсу появились два новых озера. Ближнее наполовину было покрыто льдом, на берегах лежал снег, второе без льда. Маэстро показал нам среди многочисленных гор вершину Верхнего Зуба. Над вершинами гор появились облака. Я сделал несколько цветных снимков природы с горами, озерами и ребят на фоне гор. Возле Ленина и Дзержинского сделали групповой снимок на автоспуске. Спускались с Большого Зуба по валунам левого каменистого отрога и когда уклон стал более пологим вышли под углом на снег. Тропу пробивали подошвами ботинок. Выйдя на середину снежника, остановились, чтобы начать спуск. Горы вокруг превратились в огромный цирк. Первый на снег в брезентовых штанах сел Вова Карташов и полетел вниз по снежнику. Через минуту его фигура превратилась в маленькую точку, а не доезжая до камней точка остановилась. Настала моя очередь. Я ехал, вернее несся с большой скоростью, выставив вперед подошвы ботинок, от которых во все стороны летел снег. Удавалось притормаживать и делать повороты. Весь спуск занял 2-3 минуты. Возле Вовы я остановился и встал на ноги. Ну и как? - спросил у Володи. Карташов спустил штаны и показал свою красную задницу. У меня такая-же. За нами спустился Костя и последним Николай. 

Пройдя несколько сотен метров по снегу дошли до залитого водой луга, несколько ручьев из под снега сливались в небольшое озерко с которого водопадом сливался Высокогорный ручей. Высота водопада выше человеческого роста, не более 3м, а ширина 5-6 метров. Спускались мы по правому берегу ручья. Здесь увидели на валунах оттиски древних растений похожие на огромный папоротник. Фотографировать было уже поздно, начинало темнеть и мы торопились дойти до деревьев. По пути попадались кандыки, молодая колба, а ниже огромные оранжевые цветы - огоньки. В сумерках дошли до деревьев. В лесу попалась полянка для ночевки. Пока двое ставили палатку, мы с Колей притащили сухие дрова. Ужин готовили в темноте. Весь день мы практически не ели, перекусили двумя консервами на Большом зубе и здорово проголодались. Сварили супчик с лапшой. Володя нес с собой бутылку шампанского, которую мы не рискнули выпить в горах. Теперь, пока готовился ужин, охладили ее в ручье. Шампанское попробовал на Новый Год, когда учился в 9 классе, сейчас предстояло во второй раз. В команде я был самым молодым 16,5 лет. Остальным по 17лет, хотя все с одного года. Коля с которым мы учились в одном классе, собирался устроиться на работу и перейти в вечернюю школу, Костя и Володя перед армией, тоже где нибудь поработать. Шампанское мы разлили по кружкам, поздравили наших выпускников и себя с благополучным завершением траверса. После ужина крепко спали.

На другой день днем вернулись на Куприяновскую поляну. Едва успели разбить стан, приготовить обед, как начались дожди. Сфотографировал Вову Карташова с мокрыми волосами. Дожди шли с перерывами два дня. На одной из прогулок вниз вдоль Казыра увидел редкого зверя на другом берегу. Из воды вылезла крупная выдра и спряталась в прибрежной зоне тайги. Фотоаппарата с собой, как назло не было. Коля начал учить меня играть на гитаре. Стало получаться. На седьмой день мы отправились домой. До Амзаса дошли быстро и успели на Междуреченскую электричку, оттуда с пересадкой вернулись домой. Через три дня вернулась группа со сплава по Мрассу и Иван Павлович передал мне две цветных пленки. Проявлял вместе со своими, потратив целый день. Шикарные получились слайды. Неестественно яркие, цветные, сочные, даже красивей, чем на самом деле. Разглядывали мы их через фото-увеличитель. Дома у меня получились дни открытых дверей. Созванивались и приходили толпами смотреть слайды.


ПОСЛЕДНИЙ ТРАВЕРС 
1972 год. В начале мая проводили в армию Бориса Тимошенко, Володю Карташова, последним после окончании вечерней школы Колю Жукова. Потом выпускные экзамены, вручение аттестатов о среднем образовании. Пора передавать эстафету. Серега Сметанин набрал новую группу и увел на Зубья, сразу после экзаменов, а у нас поход запланирован на следующий день после выпускного. На вечере играла группа Орион, которую пригласили в школу. Пол ночи гуляли, пили шампанское, до обеда отсыпались и вечером сели в Абаканский поезд. Состав нашей группы из семи человек: Я, Игорь Воробьев, Валера Панченко, Володя Гербер - все с нашего класса; остальные после 9 класса - мой брат Виктор, Николай Музыченко и Аркадий Ифутин. Игорь уже побывал на зубьях в 1970 году, остальные новички. С собой взяли две палатки, запас веревки, топорик, два фотоаппарата, гитару, на которой мы с братом за год научились играть. У меня две немецкие диапозитивные цветные пленки ORWO-CHROM UT-16, а Игорь зарядил свой Зоркий черно-белой пленкой. На другой день добрались до Куприяновской поляны и разбили базовый лагерь. Сметанина с группой не увидели, ушли в горы.

На другой день отправились в траверс от Дураков до Большого Зуба в составе пятерки. Володя Гербер растянул ногу и Валера Панченко остался с ним в лагере за компанию. Чтобы сократить время траверса, продукты взяли сухим пайком, ограничились котелком под чай. Гитару и топор оставили. Шли почти налегке с легкими рюкзаками. На Дураках перекусили и двинулись по хребту. На вершинах останавливались для фото-сессии и читали записки. Первая записка Сметанина появилась на пике Запсиба в которой он написал: это восхождение посвящаю ... Мы смеемся, будет чем его шантажировать. На леднике за Варесом долго фотографировались, а на ночевку остановились на перевале между вершинами ТГУ и ХВИ. Сварили котелок чая, растопив снег и ужинали пирожками. Утром поднялись на вершину ХВИ. Природу я уже не фотографировал, а только ребят на фоне окружающего ландшафта, Игорь снимал все подряд. Спуск произошел благополучно, правда Аркаша заставил всех поволноваться. На скале спускаясь, он сместился влево и завис. Под ногами не было подходящей опоры. Вокруг летали оводы и жалили руки, а он мужественно терпел. До площадки оставалось пару метров. Мы с братом подошли и вытянули две руки, ладонями к верху. Ифутин наступил на них и смог переместиться вправо в сторону жандарма, дальше спустился по трещинам. Коля Музыченко спустил рюкзаки по веревке. Спустились ниже, обошли ХВИ и отдыхали возле жандарма. Здесь мы разделись до плавок и весь путь шли почти обнаженными. На вершине Большого Зуба перекусили и фотографировались рядом с Лениным и Дзержинским. Воду пили в какой-то «чаше», образовавшейся в валуне. С Большого Зуба по камням спускались обнаженными, оделись только перед выходом на снежник. По снегу скатились на задницах в брезентовых штанах, самая приятная часть пути. У водопада задержались. Брат разделся и залез в «бассейн» для фото, пока его снимал он орал матом. Мы это зачли за «Посвящение в туристы». Сделал несколько снимков ребят, стоящих рядом почти под водопадом. Потом тронулись в путь по долине Высокогорного ручья. До лагеря дошли в сумерках, потратив на траверс два дня. 

На стане нас ждала «банда» Сергея Сметанина: наш одноклассник Юра Бранц, которого почему-то не было на выпускном вечере;  Вадим Кораблев с 22 школы, про которого мы сочинили куплет на мотив песни известной британской бит-группы «Кристи»; наш друг и сосед Володя Пастухов, по прозвищу Командор, втихушку от нас умотавший в поход; весельчак и балагур Виктор Новиков (Крокодил) и три симпатичные девочки после 9 класса - Наташа Ныркова, Лида Фомина и Ольга Фомичова. Оказалось, пока Сметанин, Бранц, Пастухов и Новиков ходили по горам, остальные «спрятались» на острове ниже по Казыру и наших оставшихся «больных» обнаружили после нашего ухода в траверс. Гулянка началась. Вова Гербер уже сразу выздоровел. Валера Панченко завидовал и жалел, что не пошел с нами. Сметанину мы уже намекнули содержание его записки и он пальцами попросил помалкивать. Да ради бога. Все долго делились воспоминаниями о пройденном маршруте. Группа Сметанина прошла траверсом от Запсиба до Малого Зуба и спустилась по снегу тем-же способом, что и мы. Потом у костра начался концерт. Леди спел свою песню «Долину мечтаний», мы с братом «Тайну» и «Почтовый ящик», девчонки «Чайку». Вечер удался. На другой день после обеда подошла еще одна группа выпускников 22 школы, все знакомые ребята с которыми я учился до 6 класса. Собирались повторить наш маршрут. Мы ушли через два дня, передав им эстафету. Дома пришлось повозиться с немецкими пленками, недостающие реактивы нашла мама, которая работала в химической лаборатории ЗСМЗ, остальные из набора для проявления негативной цветной пленки и отдельно для черно-белого проявления. Технологию, правда для пленки UT-13 и составы нашел в фоторецептурном справочнике. Все слайды получились очень отличными, с более естественным цветом и какие кадры!

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ
На Зубья удалось попасть уже после армии, в середине августа 1976 года. За прошедшее время междуреченская турбаза «Восход» пробила маршруты и сделала район для многочисленного посещения туристами. Мимо нас проходили длинные вереницы туристов до 90 человек. Кого здесь только не было: молодежь от 14 до взрослых людей за 50 лет, с разных городов Кузбасса, Томской, Новосибирской области и даже с Прибалтики. Еле заметные тропинки превратились в широкие тропы, стоянки в большие поляны, на которых можно было играть в футбол. На огромном кедре, переброшенном через ущелье Крутого ручья, было смонтировано ограждение. На вершины мы уже не ходили. Поднялись в цирк Вареса, где обнаружили небольшую плантацию Родиолы розовой и набрали немного золотого корня. За черникой и молодой колбой сходили в цирк Большого Зуба. Рядом с тропой собирали грибы, в основном лисички, маслята и рыжики. Под елками попадались белые грибы. Грибы жарили на масле, варили грибной суп, а из черники делали компот, который охлаждали в Высокогорном ручье. Командор с моим братом залезли на пару кедров и скинули немного шишек. Посвятили в туристы Сашу Бабичева и Сергея Храмцова с нашего двора. Проходившая мимо нас на Большой Зуб группа туристов с базы «Восход», попросила доставить назад девушку, которая не выдержала перехода. Мы отвели ее к базовому лагерю на Куприяновской поляне. На стане очень весело развлекли восходовцев, устроив им «Посвящение в туристы», думаю надолго запомнят. Переночевали у них в лагере и вернулись домой. Дома из золотого корня сделал водочную настойку, отличный био-стимулятор, который выручал при подготовке к сессии во время обучения в институте. В 1978 году увлекся рыбалкой и позднее стал сплавляться по горным речкам, но это уже другая история. В горы перестал ходить, когда в начале 80-х годов на нашей даче под Мундыбашем расцвел огромный куст Родиолы розовой.

Николай Жуков, неутомимый таежный бродяга с неразлучной гитарой, после армии устроился в лавино-спасательную службу в Лужбе и мы встречались пару раз во второй половине 70-х годов на тропе вдоль Малого Казыра, по которой он шел в Золотую долину. В 1978 году Маэстро и еще 4 человека совершили зимнее восхождение на Белуху в Горном Алтае, на которой их захватила вьюга. После 2-х суточной ночевки на вершине попытались спустится по обледеневшей веревке. 8 февраля 1978 года Федулкин, Карташов, Левченко, Петров, Жуков сорвались с западного склона Белухи. КМС по альпинизму Федулкин скончался от переломов, тяжело был травмирован Карташов (однофамилец нашего Вовы). В снегу вырыли пещеры. Коля, ползал и кормил мужиков, обморозился. Когда вьюга стала стихать одного послали на лыжах за помощью и за ними прилетел вертолет. Карташов умер за два часа до его прилета. В газете «Кузнецкий рабочий» про них была опубликована статья. Лежал Маэстро на втором этаже в травме 29 больницы, где у него ампутировали все пальцы на ногах. Мы к нему приходили, по бинтам передали гитару. На его концерты собиралась вся больница. Когда он оклемался, через год повторил зимнее восхождение на Белуху. Позднее перешел на сплавы по горным речкам: Ка-Хем, Бей-Хем, Кантегир. 
Судьба у него трагичная, похоронили его в мае 1988 года в Старокузнецке, памятник стоит в Чарыше, красноярская жд. Несчастный случай, сорвался со скалы, наступив на снежный козырек. Многих ребят с которыми ходили на Поднебесные Зубья уже нет в живых, но мы их всех ПОМНИМ.

Рейтинг: +9 Голосов: 9 1479 просмотров
Комментарии (8)
Пионер # 25 февраля 2018 в 02:38 0
Жаль, что можно лишь один плюс поставить. Красиво, как всегда!
Сергеич # 25 февраля 2018 в 10:54 0
Да, у Коли в Лужбе многие ночевали...
dantist # 25 февраля 2018 в 10:56 0
Очень понравилось
Палыч # 25 февраля 2018 в 17:20 +2
ПЕРВЫЙ ПОХОД НА ПОДНЕБЕСНЫЕ ЗУБЬЯ







Палыч # 25 февраля 2018 в 17:51 +2
Фотографий похода 1971 года у меня нет, снимал на цветные обращаемые пленки, которые к сожалению не сохранились. Долгое время ходили по рукам и пока был в армии, мама Валеры Панченко выбросила их, посчитав за детские диафильмы. Сохранилось несколько фото похода 1972 года:


Группа Сергея Сметанина после траверса
Палыч # 25 февраля 2018 в 17:59 +3
Заключительная



Палыч # 25 февраля 2018 в 18:08 +3
ПАМЯТИ НИКОЛАЯ ЖУКОВА



Группа Виктора Федулкина на Большом Зубе, ближний на снимке маэстро - Николай Жуков. (1977г)
Викторович # 25 февраля 2018 в 19:54 +1
Здорово!